ПСИХОТЕРАПЕВТ / ПСИХОАНАЛИТИК

Две роли мужчины в современной семье: проблемы мужского здоровья и социальной адаптации (текст доклада)

Дата создания: 10.03.2012
Дата обновления: 09.03.2012
"Мужчине до сих пор предлагаются две абсолютно противоположные семейные роли, которые при этом требуется сочетать в одной социальной матрице. Подобный поведенческий диссонанс оказывает не самое позитивное влияние на здоровье мужчины, особенно если помнить, что по определению ВОЗ здоровье – не только физическое, но еще и социально-психологическое благополучие..." Текст соавторского доклада Нарицына Н.Н. и Нарицыной М.П., подготовленного для 9-го Российского научного Форума "Мужское здоровье и долголетие"


 

Текст доклада на 9-й Российский научный Форум
"Мужское здоровье и долголетие"

 

 

Нарицын Николай Николаевич,
практикующий врач-психотерапевт, психоаналитик, действительный член ОППЛ,
автор и ведущий интернет-проекта www.naritsyn.ru, Москва
 
Нарицына Марина Петровна,
консультативный член ОППЛ, администратор и
соведущий интернет-проекта www.naritsyn.ru, Москва
 

 

Говоря о современной семье, следует вначале определиться, какую семейную модель считать таковой: поскольку эти модели подвержены изменениям в соответствии с внешними условиями и социальными потребностями. Многие специалисты в области семьи – социологи, психологи, семейные терапевты – отмечают, что сегодня так называемая "традиционная модель семьи" испытывает определенный кризис: но точнее будет сказать, что имеет место скорее некоторый переходный период. С одной стороны, современный уровень производства снижает востребованность  прежней кланово-патриархальной, многопоколенной семьи (мегасемьи) как «экономической ячейки общества».  С другой стороны,  постепенно теряют свое социальное значение гендерно-семейные роли: все чаще семьи уходят от привычных строго бинарных стандартов «мужчина – добытчик, женщина -  хозяйка». Однако достаточно ригидные представления большинства о «семейных ролях» до сих пор тяготеют к патриархальному пониманию: в силу этого мужчине до сих пор предлагаются (а часто активно навязываются) две абсолютно противоположные семейные роли, которые при этом требуется сочетать в одной социальной матрице. Подобный поведенческий диссонанс оказывает не самое позитивное влияние на здоровье мужчины, особенно если помнить, что по определению ВОЗ здоровье – не только физическое, но еще и социально-психологическое благополучие.

Первая, основная роль мужчины в семье, активно предлагаемая СМИ и социальными стандартами – это тот самый «добытчик, защитник, глава семьи». От мужчины нередко ждут полного материального обеспечения жены и детей, единоличного принятия сложных решений (и взятия на себя всей полноты ответственности за них), и т.п. Многие мужчины сами психологически готовы к решению таких задач (и только по мере возникновения этой готовности создают семью). Однако это часто превращается в требование вида «Мужчина в семье должен…», причем должен уже несколько больше, чем материальное обеспечение и физическая сила: во многих случаях подоплека всех ставящихся перед ним  задач сводится к проявлению выраженной агрессивности, обозначаемой как «смелость, уверенность и мужественность». При этом мужчина,  согласно данным требованиям, должен быть всегда сильным не только физически, но и психологически (он не имеет права, к примеру, болеть, испытывать депрессию, сомневаться); мужчина должен быть всегда потентным во всех отношениях (и не имеет права на неудачу в сексе даже вследствие сильной усталости или психологических проблем); мужчина должен быть всегда состоятельным (и не имеет права даже периодически переживать финансовые кризисы, характерные для любого бизнеса и для современной стадии экономического развития как таковой). В том числе мужчина не имеет права обращаться за какой-либо помощью, даже консультативной: собственно, в том числе и поэтому соотношение мужчин и женщин в кабинетах многих психотерапевтов до сих пор составляет примерно 1 к 4.

Но это лишь одна сторона социальной «медали», пропагандируемой в нашем обществе. Вторая сторона, практически диаметрально противоположная – мужчина должен быть «хорошим мальчиком», в первую очередь для своей матери и супруги.

Традиционное для последних нескольких поколений воспитание мальчиков практически не включает участия отцов (в предлагаемых мужчине семейных ролях практически не упоминается роль отца как воспитателя). В результате мальчиков воспитывают женщины, создавая главный критерий хорошего поведения мальчика: быть смирным, усидчивым и слушаться маму. Во многих случаях формируется буквально диктат матери, не ослабевающий со временем. В том числе это может быть отражением вышеупомянутого строго бинарного разделения «мужчина – добытчик, женщина – хозяйка», когда женщина становится хозяйкой не только в плане всего «ведения дома», но еще и в плане воспитания детей (в данном случае сыновей), даже выросших. Это дополнительно потенцируется тяготением к той самой устаревшей модели семьи - патриархально-клановой, многопоколенной, в которой мужчина часто не меняет социальный статус и социальную матрицу. Даже создавая семью, он де-факто не столько становится мужем и отцом, сколько остается сыном, а его семья оказывается не самостоятельной «ячейкой общества», а одним из ответвлений родительской клановой семьи с родительским (зачастую материнским) диктатом.

В результате мужчина попадает под выраженный прессинг несовместимых, противоречивых требований, которые независимо друг от друга достаточно активно педалируются в нашем социуме: "Быть главой семьи и сильным лидером" и "Быть послушным мальчиком, подчиняющимся своей маме – или, как вариант, маме своих детей"). В подобной ситуации социальная дезориентация и гиперстресс провоцируют психологическое напряжение, что естественным образом негативно сказывается на мужском здоровье: от инфарктов и язвенной болезни до импотенции и других расстройств.

***

Механизм влияния подобного двойственного положения на физическое и социально-психическое состояние проиллюстрировал известный физиолог М.Хананашвили, который провел серию опытов над собаками.  Вначале он вырабатывал у собаки примитивный павловский рефлекс, скажем, на сигнал высокого тона: звучит сигнал – собака может нажать лапой на педаль у кормушки и получить еду. Потом он выработал у животных другой рефлекс – на сигнал низкого тона: при таком сигнале собака получала ощутимый удар током. И естественно, уходила от кормушки подальше. Дальше вроде бы течение эксперимента проблем не вызывало: высокий сигнал – собака бежит к кормушке, низкий сигнал – держится от нее в отдалении. А потом экспериментаторы начали постепенно сближать тоны сигналов: высокий становился все ниже, а низкий – все выше. И хоть у собак довольно тонкий слух, все равно однажды наступал момент, когда собака переставала различать эти сигналы – и соответственно, не могла предугадать, что же она получит: поощрение или наказание. В итоге при любом сигнале собака начинала вести себя совершенно неадекватно: металась по клетке, забивалась в угол и оттуда лаяла, вопреки ударам током бросалась на кормушку, а если получала удар, то кусала собственную пострадавшую лапу. А вскоре собаки, живущие в условиях такого эксперимента, заболевали, теряли аппетит, линяли, и в конце концов погибали. И на вскрытии выявлялись, как правило, множественные язвенные процессы в области желудочно-кишечного тракта.

Точно так же и люди, находящиеся в двойственном социальном положении, испытывают соматический и психологический дискомфорт от нахождения в состоянии неопределенности и невозможности адаптироваться к требованиям одной социальной матрицы. В шутку можно сказать, что положение такого мужчины прекрасно иллюстрируется давней цитатой из школьных сочинений: «Лев Толстой одной ногой стоял в прошлом, а другой приветствовал будущее».  А кроме того, даже стараясь выполнять подобные требования, мужчина не получает никаких ответных дивидендов: потому что все требования опять сводятся к формулировке «Не будь подкаблучником, но будь хорошим мальчиком». Или – «Решай все сам, но так, как скажет мама». Если же мужчина начинает пользоваться хотя бы каким-то дивидендами роли «защитника, добытчика и главы семьи» - это тут же социально осуждается.

Возможное художественное выражение подобной ситуации – картина Врубеля «Демон сидящий»: по словам самого Врубеля, «Демон — дух не столько злобный, сколько страдающий и скорбный, при всем этом дух властный, величавый». Образ молодого человека с напряженно сцепленными руками, сильного, но бесправного, словно стремящегося вдаль, но не имеющего возможности реализовать это стремление. Даже композиция подчеркивает его стесненность, зажатость между верхней и нижней границами картины, точно так же, как наш современный мужчина зажат между противоречивыми и несочетаемыми социальными требованиями.

Врубель

М.А.Врубель "Демон сидящий"

 

***
   
Неудивительно, что мужчины при подобном раскладе не спешат обзаводиться семьями: однако и нежелание это также осуждается социумом, где распространено стандартное убеждение «Мужчина непременно должен жениться».

Многие мужчины от подобных навязанных долгов, часто уже создав семью,  уходят в алкоголизм, трудоголизм, ведут суицидально обусловленный образ жизни, ставя под угрозу прежде всего собственную жизнь и здоровье. И в данных условиях невозможно применять известный подход "семья как психотерапевт", ибо в семье мужчина как раз и зажат в эти социально-гендерные противоречивые рамки.
Одним из действующих решений в подобных проблемных ситуациях представляется  создание мужчиной семьи нового поколения, так называемой мононуклеарной, и построение в ней не гендерно-полярных, а партнерских взаимоотношений,  основанных на взаимоуважении и взаимопомощи мужа и жены. Собственно, многие специалисты отмечают, что сама по себе «грубая мужская сила» в современных условиях развитого технического прогресса теряет свою ценность и значимость для существования семейной единицы: ситуация явно меняется, проблема лишь в том, что социально-моральные требования, предъявляемые к представителям обоих полов, и в частности к мужчине, в силу своей ригидности меняются значительно медленнее, что и создает основную вышеупомянутую проблематику. В современной мононуклеарной семье актуальна уже не столько сила сама по себе, сколько интеллект, знания, а также умение поддерживать внутрисемейное сотрудничество, выгодное и приятное обоим супругам, снижающее необходимость в поведенческих различиях и как следствие – в гендерных противоречиях. Безусловно, в силу той же ригидности социальных устоев многим трудно отказаться от «борьбы полов», подчас откровенно искусственно нагнетаемой в различных СМИ, но гендерные противоречия в социуме с достаточно высоким интеллектуальным уровнем носят скорее исключительный, чем закономерный характер.

С другой стороны, сегодня для выживания отдельной семейной ячейки не требуется целый земледельческий клан, и мононуклеарная семья вполне способна отделиться территориально и финансово от семьи родительской с целью построения своей отдельной социальной матрицы. Таким образом, излишнее давление на мужчину с обеих сторон существенно снижается, и он получает не только обязанности, но и определенные права и дивиденды от своего семейного статуса: что уже достаточно позитивно влияет на его здоровье и долголетие.

 

Заказы «Электронного доктора», наиболее подходящие к статье:
Я хочу быть мужчиной
Я хочу быть настоящим мужчиной
Я хочу быть отцом
Я хочу быть хорошим отцом
Я хочу верить жене
Я хочу верить мужу
Я хочу вернуть жену
Я хочу вернуть любовь жены
Я хочу вернуть любовь мужа
Я хочу вернуть мужа

Темы: доклады доктора Нарицына, проблемы мужчин, семейные проблемы.